Бурджанадзе: мы проиграли, но проиграла и Россия

В начале октября бывший спикер грузинского парламента Нино Бурджанадзе на брифинге для журналистов сообщила о том, что отправила президенту Грузии Михаилу Саакашвили более 40 вопросов относительно августовского военного конфликта с Россией.

В первый раз бывший политический союзник Саакашвили выступила с критикой властей еще в августе, заявив представителям западных СМИ, что правительству предстоит ответить на "жесткие вопросы" относительно тех событий.

Бурджанадзе, которую на Западе многие рассматривают как умеренную альтернативу Саакашвили, и которая возглавляет Фонд за демократию и развитие, дала эксклюзивное интервью Би-би-си.

Корреспондент Русской службы Би-би-си Ираклий Имнаишвили встретился с Нино Бурджанадзе в Тбилиси в штаб-квартире ее фонда.

Би-би-си: На брифинге вы сообщили, что у вас много вопросов к правительству Грузии. Прямому диалогу вы предпочли обращение через телекамеры. Значит ли это, что вы перешли в оппозицию Саакашвили?

Нино Бурджанадзе: Во всяком случае, как минимум мы не вместе. Я не говорю об оппозиционерстве, я пока не сформировала свою партию. Я возглавляю Фонд политического развития, и говорить о политической позиции неправильно, но я настроена достаточно критично, и у меня есть масса вопросов.

Определенные разногласия у нас были с самого начала, еще в 2004 году, когда мы принимали поправки в конституцию, которые в определенном смысле урезали функции парламента.

Я тогда отрыто говорила, что я против такого решения, хотя не получила особой поддержки. В команде - в так называемой команде - были люди, которые часто имели большее влияние на принятие решений. Их было больше, а я была фактически одна.

Н. Б.: Потому что, благодаря этой команде президент допустил слишком много ошибок, главная из которых - дистанцироваться от людей и сформировать закрытый круг для принятия решений.

Би-би-си: В августе в Тбилиси прошел митинг, на котором президент Саакашвили заявил: "Мы победили". Вы согласны с такой формулировкой?

Н. Б.: Я конечно не согласна с такой формулировкой, хотя могу сказать, что Россия тоже не победила.

Митинг был больше в поддержку единства. Грузинский народ показал всему миру и, в первую очередь, России, что мы едины.

Мы - как бы критически не относились к правительству, к своему президенту - не дадим России менять власть в Грузии. Это не дело России решать за нас, кто будет нашим президентом.

В разговоры о том, что нам не нравится ваш президент, но мы вас - грузин - любим, уже никто не верит, потому что бомбили не мой фонд и не президента, а бомбили народ, и за правительство наказывали народ.

Я считаю, что это было большое преступление перед грузинским народом.

Мы не победили, мы, конечно, проиграли войну. Я не знаю, у кого была иллюзия, что маленькая Грузия выиграет войну у России. У меня такой иллюзии никогда не было. Просто в команде президента были люди, которые имели неправильное представление о России и думали, что она не пойдет на такие шаги, на широкомасштабную войну с Грузией.

Но еще раз хочу подчеркнуть, что проиграла и Россия. Она получит внутреннюю проблему у себя в регионах, она получила отрицательную реакцию со стороны всего международного сообщества.

Россия показала, что она может быть непредсказуемой, это и так весь мир знал. Показала, что ей нипочем договоренности, которые подписывает сам президент России.

Би-би-си: Как нам сказали в вашей пресс-службе, открытое обращение Нино Бурджанадзе не показали в главном новостном выпуске общественного телевидения. Что произошло со свободой слова спустя пять лет после революции?

Н. Б.: Спустя пять лет после "революции роз", которая была ориентирована на демократические ценности - независимость и справедливость судов, свободу СМИ - я должна признать, и это очень печально, что у нас практически нет свободы слова на телеканалах. Я считаю, что это - одна из самых главных ошибок президента Саакашвили, человека, который прекрасно понимает роль медиа.Я абсолютно уверена: если правительство и президент выберут путь зажима демократии, они обязательно получат большой взрыв, не сегодня, так завтра.

Я этого не хочу, стране нужен покой, стране нужна стабильность. Но, в первую очередь, стране нужна демократия. Все проблемы, которые сейчас существуют, надо решить только демократическим путем, хоть это и может оказаться болезненным процессом.

Я это говорю сознательно, и я обращаюсь к нашему правительству и президенту, чтобы они не допускали подобных ошибок и не пытались зажать демократические процессы в стране, иначе ситуация будет сложной.